Всем привет, друзья! Сегодня, хочу представить Вам первую часть своего коротенького рассказа в жанре психологической истории. Надеюсь, история Вам понравиться и заставит сильнее ценить волшебный дар под названием “жизнь "со всеми ее неограниченными возможностями.
Она остановилась, задыхаясь от быстрого бега, и медленно повернула голову назад, глядя через плечо в большой больничный двор, где у входа в приемное отделение то и дело парковались большие машины скорой помощи освещая косыми лучами своих фар забор больничного двора. Именно он, а точнее, маленькая ржавая, вечно скрипящая калитка для посетителей в этом заборе была целью девушки.
Снова оглушительный звук сирены скорой помощи. Хотелось зажать уши ладонями, спасаясь от этого надоедливого воя. Сегодня их больница дежурила, а в городе случилась какая-то крупная авария, и все хирурги были заняты. Ей казалось, что она до конца дней своих будет подвержена аллергии на этот раздражающий звук сирен, который непременно отзывается в душе тревогой и легким поеживанием.
Оторвав взгляд от оживленного двора, где усталые медсестры угрюмо встречали новых пациентов вывозя им каталки или носилки, она побежала вперед, к небольшому лесу неподалеку, который словно призрак постепенно восставал из ночной тьмы, по мере ее приближения. В свете полной луны он выглядел немного зловеще. На землю опустилась ночь и на улице было непривычно пустынно. Она была только рада этой немой безлюдности.
По дороге, стопы наступали на что-то болезненно впивающееся в кожу, и опустив глаза вниз она удивленно осознала, что выскочила наружу босиком. Впрочем, это было неважно... Все было неважно, кроме воплощения ее замысла. Она судорожно искала выход и надежду на избавление, а ее уставший от боли и страданий мозг услужливо и настойчиво предлагал только такой — единственно правильный или кардинально неправильный, но на данный момент единственно возможный выход.
Она остановилась, прижав ладонь к груди в попытке усмирить бешеный сердечный ритм и сбившееся дыхание. Она давно не подвергалась каким либо физическим нагрузкам, а тахикардия стала несменным спутником, как побочный эффект от ее тяжелого лечения. Болезнь и тяжелые побочные эффекты лекарств сделали ее другой, непривычной для самой себя. Она не помнила, когда могла спать по крайней мере четыре часа к ряду, ее тело постоянно знобило, а хронические боли сулили ей будущее на наркотиках. Это было мучительно, как и все, что происходило с ней в последнее время.
Она твердо знала, что там, за темной чащей густого ночного леса, исполосованного узкими велосипедными тропинками, ее спасение, свет в конце тоннеля, билет в сторону неизвестности, ее выход — такой тяжелый, но такой желанный и теперь уже близкий.
Она провела в холодных мраморных стенах этой мрачной больницы около 9 месяцев, большинство из которых вынашивала и обдумывала свой план избавления. Она обдумала все, но в отчаянной спешке забыла даже надеть обувь. Обувь ей точно не пригодится. Она вдруг осознала собственное сумасшествие. У нее просто не было другого выхода, как включить защитную реакцию своего организма в виде сумасшествия. Многие в их отделении успели стать подобными за период долгого лечения и на их фоне она не чувствовала своей особенности, самоощущая себя по - прежнему психически здоровой.
“Сумасшедшие мученики” — произнесла она мысленно, а может и вслух. Она не фиксировала подобные мелочи.
За время лечения она успела изучить этот район и его окрестности, зная, что за опушкой по ту сторону леса ее ждет быстрая река и высокий мост над ней, а еще дальше железная дорога по которой и днем и ночью громыхают огромные товарные вагоны груженные грудами черного угля, или больших зафиксированных верёвкой бревен, или резервуары в виде больших бочек с разным горючим. Эти тяжелые поезда, обычно, ездят на средней скорости, но из-за инерционного разгона их торможение происходит очень медленно. Она уже приходила сюда раньше затуманенным взглядом следя за их размеренным движением, оцепенело прикипев к месту. Тогда она не была готова на большее, чем просто созерцать, а сегодня все по другому. Сегодня, все должно произойти по ее плану. Не по плану ее доктора, не по плану ее родственников, которые посещая ее не знают что сказать, и словно попугаи повторяют одни и те же заученные фразы, которые принято говорить в такой ситуации: о необходимости держаться, терпеть, быть сильной, понятия не имея об уровне ее ежедневных невыносимых страданий и отчаяния. Ей необходим был ее личный план, который спасет именно ее.
Оказавшись на одной из узких лесных тропинок, она откинула распушенные длинные темные волосы назад, подняв взор на звездное небо, будто прощаясь с красотой этого необыкновенно красивого и такого жестокого мира переполненного страданиями. Сейчас, звездная россыпь на небе была видна необычайно хорошо для городского неба.
Ей не было страшно находится одной посреди пустынного ночного леса, ведь ее вид способен был напугать кого угодно. Она словно со стороны отрешенно представила какое жалкое зрелище сейчас представляет ее худое изнеможенное тело в белом летнем сарафане посреди ночного леса
Ей послышался какой-то шорох и появилось ощущение, что на нее кто-то смотрит, но это не вызывало страха. Скорее, равнодушие...
524.961 SRY